Birthday

Реклама
Изображение

Japan as a dream

Япония осталась в памяти моей белым облачком, светлым пламенем. Она как прекрасная крупная жемчужина, которую я проглотила вместе с приготовленным опытной рукой мастера блюдом из моллюска в рядовом и с виду мало примечательном японском ресторане. Теперь жемчужина лежит во мне и генерирует перманентное желание немедленно отправиться обратно в Японию, а еще жемчужина эта содержит дорогие сердцу воспоминания, которые так хочется сохранить лично для себя, и так неохота делиться с людьми!.. Но надо
Что, пожалуй, самое необыкновенное, встреченное мною в путешествии, это люди, которые нашли свой парадиз. В своем отеле случайно разговорилась с красивым итальянцем, который поведал мне, что несколько лет назад он решительно переехал в Токио, потому что влюбился в этот город во время кратковременной рабочей командировки.
«Вернувшись домой, я начал готовиться к осуществлению своего плана, подготовка заняла пару лет. Приехав в Токио, я начал с низов. Мне даже приходилось мыть посуду в ресторанах! Теперь я актер, снимаюсь в основном в рекламе. Например, сейчас мы делаем рекламный ролик для этого отеля.
У меня японка-жена и двое прелестных ребятишек. Я счастлив. Токио — мой город.»
«А как же Италия?»
«Италия.. — мой собеседник на минуту задумывается, окутав себя дымом сигареты. — Италия это самая прекрасная страна на земле. Я не думаю, что когда-нибудь побываю в ней. Хотя.. может быть. Впрочем, не знаю.»
Второй человек был родом из Великобритании, небольшого городка недалеко от Лондона. Мы познакомились за кофе в другом отеле, где я сидела в ожидании японского завтрака. Британец семь лет назад переехал в Токио, оставив за спиной работу экономиста в скучной конторе, и в Японии стал гидом.
«Я жду сейчас свою группу с экскурсии. Я считаю Японию замечательной страной, а Токио — это безусловно самый лучший город в мире, современный, продвинутый, интернациональный, а люди, с которыми я здесь познакомился, потрясающие. Я обожаю свою работу. У меня есть все, о чем я когда-либо мечтал в своей жизни, и даже то, о чем мечтать я не осмеливался.»

Japan as a dream

Moscow

А я люблю Москву. Она — как барыня, которая потребовала себе чаю со свежими булками, и сидит в гостиной, вся в белых одеждах, звенит кольцами на пухлой не знавшей труда руке, помешивая сахар в чашке серебряной ложечкой. И ей совершенно поровну, о чем там судачит дворня за ее спиной.
Москва — как молодая богемная девица модельной внешности, только что вдохнувшая кокаина, с расширенными зрачками и отрешенным лицом, заказывает в баре коктейль и стеклянным взглядом смотрит сквозь. И ей все равно, что говорят о ней за ее спиной обыватели.
Москва — это когда-то давно переехавшая из Саратова и проработавшая всю жизнь в торговле плотная корпулентная тетенька, которая движется сбитеньким танком по Тверской-Ямской, сверля прохожих взглядом маленьких цепких глаз, и ей плевать, что о ней думают бабки на лавочке возле типовой пятиэтажки.
Москва — как только что пубертатно созревший цветок из провинции, мило-розовый, накупивший себе модных одежек на рынке, вставший на каблуки и дополнивший свой умопомрачительный образ поддельной сумкой Луи Виттон, и ей невдомек, что трындят о ней томные московские модницы, пребывающие перманентно в тренде.
Москва древняя и прекрасная. Она знает: всё преходяще, всё наносное. В прошлом веке рыли метро, украшая его позолотой и полудрагоценными каменьями величиной с собаку, сегодня пытаются напялить на рыхлое тело столицы узкое функциональное платье. Москве манипуляции с ее телом не причиняют никаких неудобств. Она знает: стоит ей только встать во весь рост и потянуться, как посыпятся ненужной чешуей с нее все эти станции метро, переходы, многоэтажки, блестящие пустыми окнами стильные офисные здания. Мигом Кремль ударит в колокола, братья Власовы разложат товар по прилавкам, а по Тверской понесется лихой ямщик, срочная телеграмма временному правительству, его величество Ленин торжественно ложится в гроб хрустальный, едут-едут в черных крытых жуках комиссары за очередной своей жертвой, тетя Клава накрывает длинный стол чем послевоенный бог послал, ну, за победу, из-под густых бровей Брежнева рвется на волю хитрая усмешка, на привокзальной площади торгуют детским питанием и матрешками, выбелили церкви заново, чтобы чаще господь примечал, перегородили Красную Площадь “куда прёшь? Не видишь, закрыто!”, курс валют меняется каждый день, как температура лихорадочного больного, штоле попробовать пироги Штолле, а вы заходите к нам, мы сделали наш собственный пармезан!
Москва ляжет обратно, перевернется на другой бок и соснет еще пару веков. А там посмотрим.

Moscow

Breaking the rules

Господи, какой же это кайф, жить наоборот, не по правилам! Тут главное не увлекаться, не трогать, не нарушать композицию из трех слонов, трех китов и трех черепах, иначе все полетит к чертям и пойдет по дьявольскому плану, разрушишь несущую конструкцию, и не заметишь, как ходишь уже по улицам в лохмотьях и дурацком колпаке и танцуешь любому желающему за пятачок или стопочку.
Несущую сохранить, остальное — выкрасить и выбросить, выучить и забыть. «Женщина должна..» — к херам. Должна вам женщина — найдите женщину и заставьте ее рассчитаться, я-то тут причем.
Ну, начинаем с мелких нарушений. Разденься, выйди на улицу голой. Не шучу, между прочим, песню цитирую. Ладно, шучу. Голой на улицу — рано, рано.
Утром проснулась, лежишь, ждешь пока тебе кофе в постель принесут. Кто — понятно, слуги, или возлюбленный, если у тебя есть. А вот пусть он принесет тебе в постель жареную утку! Свежо, незабываемо, калорийно. Скажешь, вообще не романтично? Согласна, хотя как посмотреть. Например, у вас совсем не было денег и он вырастил утку сам, на балконе, втайне от тебя. Или купил ее на базаре, но для этого состриг и продал свой хайер, волосы то есть, ты же живешь с хипстером, я знаю. Романтика в чистом виде, татуированный экстаз.
Идем дальше по полю взорванных шаблонов. Все едут на юг, а ты езжай на север. Чукча в чуме ждет рассвета, Аляска, Шпицберген, Якутия — родина суши, мать ее. Юг туп и предсказуем, Исландия — вулканическая, способна и гейзером побаловать, и угостить хаукарлем. Хаукарль — вяленое мясо гренландской полярной акулы, еда древних викингов, ты знала? Что может предложить тебе юг кроме нудно цветущего рододендрона и тоскливого стрекота цикад?
Далее. Лишний вес — преступление против человечества, вы серьезно нарушаете эко-систему планеты, по мнению врачей-идиетологов. Не игнорируй, откровенно глумись над ними. Купи шоколадный торт, разденься и медленно вращая бедрами, съешь торт до последнего кусочка. Привязанные к стульям врачи с кляпами во ртах будут безвольно мотать головами и терять сознание, вот увидишь. Облив их сладкой холодной газировкой с пузырьками, приведя в чувства, съешь второй торт, с розовым пышным кремом. На другой день все кондитерские города будут переполнены врачами-идиетологами.
Так, чего еще там им должна женщина? Разрушить дом, вырвать с корнем дерево и воспитать дочь? Они вообще помнят, эти моралисты-затейники, какими раньше были женщины, в тот период, когда сильно задолжали?
Женщина была способна спалить дом, чтобы сварить яйцо. Женщина могла позволить себе быть взбалмошной и вздорной. Анфан террибль — вот такая была женщина. Маленькая разбойница, несносная госпожа, снежная королева, взявшая себе мальчика на заморозку, набравшаяся грогу и подтаявшая — вот это я понимаю были люди. А теперь — тюнинг, лифтинг и спортзал. Как скучно. До чего не креативно.
Разрушь сегодня хотя бы один шаблон.

Breaking the rules

Dim sum rules

Рецепт дим-сам, казалось бы, прост. Нужно добыть свинью, измельчить ее розовое мясо в фарш, и.. А дальше — траблы. Ибо тесто для дим-самов, тонкое, нежное, как кружева, как облако, как шелковая нижняя юбка от платья китайской красавицы, сделать самостоятельно, по утверждению супер-шефа китайской кухни, крайне сложно. «Люди годами совершенствуются в приготовлении этого теста! Идите лучше в ресторан!» — напутствует шеф, а мы сидим со своей измельченной свиньей, не зная, куда ее девать. Можно купить готовое тесто в азиатском магазине, но хочется-то готовить from scratch!
Мой любимый ресторан в Лондоне, где подают дим-сам, называется Ping Pong.
На фото: дим-сам в Китайском квартале в Йокогаме.

Dim sum rules

Okonomiyaki

Когда мы гуляли с Йошико по Асакусе (кстати, японцы произносят «Асакса»), она спросила меня, что бы я хотела отведать на ланч. К тому моменту я уже удовлетворила пожар по суши, полыхавший у меня внутри, и потому ответила, что мне все равно, не с кулинарной целью я приехала в Японию, и полностью полагаюсь на вкус Йошико.
Тогда японский друг мой предложил окономияки.
«Если бы меня спросили, с каким именно блюдом надо знакомить иностранцев в Японии в первую очередь, я бы без сомнений выбрала окономияки» — сказала она.
Я обычно питаюсь со скоростью озерного бобра. Стояло дерево, пришел бобер — не стало дерева. Поэтому я очень люблю еду, когда ее просто так не заглотишь, когда это процесс. Фондю какое-нибудь там, шашлык из маршмеллоу. Вчера мы сидели в швейцарском шале и отогревали руки над неверным огнем, пробивающимся сквозь каминную решетку, Грета опускала кусочки белого хлеба в горячую сырную массу, а мы наливались Грюнер Вельтлинером до краев. Позавчера — нанизывали белые сахарные облака маршмеллоу на тонкие веточки, обломанные с рядом растущего деревца, и обжаривали их над костром, крепко пахло жареным сладким, а пили мы колу, Рэйчел и я, нам было тринадцать.
Что-то меня унесло куда-то туда, где никогда я раньше не бывала, а сегодня у нас по плану окономияки и только окономияки, — строго сказала Вера Ивановна, поправляя пенсне, наклоняясь над моей тетрадкой, и от нее отчетливо пахнуло сакэ.
Всё, больше не буду хулиганить, отсюда правда и только правда (и ни слова правды), ой, всё, это в последний раз, клянусь окономияками.
В общем, вас сажают за столик, основную поверхность которого занимает жаровня. Наверное, прохладной токийской зимой эти рестораны особенно популярны. Кстати, в теплом мае они были не менее популярны, нам пришлось отстоять очередь с номерками начертанными на руке, чтобы попасть в ресторан.
Приносят меню, выбираешь опцию мясо или рыба, или морепродукты, или микс. Мы взяли одну мясную смесь, вторую с морепродуктами. В миске лежит смесь выбранных продуктов, нашинкованные овощи, из них основная часть — капуста, положено сырое яйцо, добавлены специи и мука. Смесь полагается тщательно вымешать, сформировать лепешку прямо на жаровне, и внимательно жарить.
За соседним столиком сидели две японские куколки барби, девушки были фарфорово-прекрасны, их образы были выверены тщательно, также как и подобраны и отглажены их хрустящие кукольные наряды. Эти стилизованные красавицы очень круто смотрелись в дыму окономиячной, очень круто.
Данным постом завершаю серию текстов о своих незабываемых и самых лучших шести днях в Японии. Япония, я приеду в тебя еще.

Okonomiyaki

some answers

gresshoppeblog (https://wordpress.com/read/feeds/67998414) составила одиннадцать вопросов, на которые не просила меня отвечать, но я все-таки отвечу 🙂

  1. В чем смысл жизни? — Ни в чем. Ну, ни в чем смысл в жизни. I mean it 🙂
  2. Во что ты веришь? — Я верю в то, что вариант жизни, данный нам в ощущениях, не более чем отлично сделанная иллюзия. Настоящий же мир скрывается за этой фотообоей. И в последнее время куски старой проститутской выдумки начали отваливаться, и истинный мир, изначально задуманный Творцом Игры, начал отчетливо проявляться перед моим изумленным взором. Ну наконец-то! То, о чем мы мечтали.
  3. Какие книги изменили твою жизнь? — Все книги, что я читала, изменили мою жизнь. Если бы не книги, я сейчас не могла бы ни читать ни писать, поскольку школьному обучению я просто не поддавалась. Книги выучили меня и поставили на ноги, и наделили хоть каким-то интеллектом 🙂
  4. Где бы ты хотела жить, если б могла свободно выбирать? — я бы хотела жить много где. Я бы очень хотела разделиться на несколько маленьких полноценных Я и жить одновременно в нескольких странах и городах. Лондон, Майами, Караганда — ничего оригинального, как видите.
  5. Решилась бы ты написать рассказ о лучшем сексе в твоей жизни? — нет. С хрена ли))
  6. Равноправие/партнерство или традиционный уклад в семье? — все виды укладов одновременно, приветствую) Сегодня так, завтра этак. Стабильность — вообще не моё)
  7. Какими ты видишь твои идеальные отношения на сегодняшний день? — именно такими, какие есть. Я замужем за самым лучшем в мире для меня мужчиной. Даже когда он ошибается, он делает это гениально.
  8. Чем бы ты пожертвовала ради любви? Где проходит твоя граница? — я пожертвовала, это уже произошло. Больше всего на свете я не люблю стабильность и обожаю многообразие. То, что я живу много лет с одним и тем же человеком и не представляю себе другого варианта — это есть оно. Пожертование моё 🙂
  9. Какой был твой самый лучший день рождения? — Когда мы плыли на корабле с Крита на Санторини, и я угощала шампанским других пассажиров. А пассажиры в ужасе отказывались)
  10. Если б ты снимала фильм, о чем бы он был? — У меня есть масса готовых сюжетов. Но боюсь, что все эти снятые мною фильмы имели бы только одного зрителя — меня. Так что, собрав все свои творческие силы и научившись двигать камерой, я бы сняла полуфильм-полупризрак, о полу-мире полу-мечте. О моей жизни, то есть.
  11. Что ты делала сегодня утром? — сегодня утром я проснулась в прекрасном, радостном настроении после вчерашней попойки, продолжавшейся до двух или трех ночи, не помню. Всю ночь мне снились тревожно-радостные сны. Мой стройный и красивый раб (я отбирала его на рынке с особенной тщательностью) сварил мне кофе, только вчера вечером я торжественно посвятила его в Кофевары. Так что сегодня утром я пила кофе, вспоминая фрагменты вчерашней вечеринки и последний бокал прохладного и чистого, как слеза, белого вина на террасе, выпитого в лучах серебристой, переливающейся через край луны, перебирая одновременно картотеку снов, и периодически отдавая распоряжение слугам сварить еще кофейничек кофею. А потом я встала и приготовила бранч членам своей семьи, а именно кукурузные панкейки с кленовым сиропом и шоколадом, и жареное яйцо. Именно такой завтрак готовила мне в детстве моя гувернантка, прожившая часть жизни в Луизиане. Члены моей семьи были страшно довольны и долго славили меня.
some answers