New Orleans Jazz

Сегодня хочется из беспросветно дождливого Осло мысленно переместиться в солнечный Нью-Орлеан, штат Луизиана.

Вывеска «Вуду» и дрогнувшая рука, из-за чего фото вышло нечетким, оскаленные в вампирской улыбке зубы, крепко спящий кот в окне, похожий на неживого, район Мариньи, молодежный и безбашенный, в котором мы зависли у барной стойки, почему-то заказав крепкий напиток в 12 дня, странные личности, встречающиеся на пути. 

Рабовладельческий дух американского юга витает в воздухе. Экскурсия в кибитке, где парой лошадей правит бойкая громкоголосая женщина, «посмотрите направо, на верхнем этаже этого паба в прежние времена томились рабы».

И самое главное, сердце Французского квартала, Bourbon Street, где так еще сильны воспоминания о блистательном прошлом луизианского джаза.

Нью-Орлеан задел меня за живое, и я по нему теперь  остро скучаю.

 

Реклама
New Orleans Jazz

world wait for me

Моя приятельница так меня раскочегарила на предмет путешествий, что я до сих пор не могу опомниться и прийти в себя.
Белые пески Занзибара, умопомрачительная Африка, где загорелые мулаты тут же обступили меня в моем богатом воображении, размахивая опахалами из кожи буйвола и коктейлями на основе буйволиного молока. Затем показалась загадочная Азия, зарозовели верхушки баганских ступ, бритые наголо монахи прошли мимо по буддистским своим делам, а населяющие Убуд слоны до сих пор тревожат меня своей лохматостью.
В Перу уже заварили листья коки.
Слегка заземлившись, с присущим мне здравомыслием я рассудила, что лететь прямо сейчас в Занзибар — не получится, надо немного обождать, да и вообще не обязательно куда-то лететь, можно же просто ехать.
Тихий уютный ход норвежского поезда тут же застучал в моей голове, и я зашла на сайт железнодорожных билетов, одновременно проверяя, какая погода сейчас в Бергене. Поеду вечером или завтра утром, переночую и домой.
Пока суть да дело, я вышла на балкон, и окинула окрестности вольным независимым взглядом. Над головой моей пролетела, величественно паря, белокрылая чайка.
Я подумала: куда лететь-ехать, да без разницы, зачем?.. Какой Занзибар, а тем более Берген? Как можно взять и уехать из Осло?
Вы как хотите, а я остаюсь. У меня тут все есть, восхитительный вид с балкона, чайки, свежий воздух, гудок океанского лайнера. Берген грозится дождем, Занзибар, напротив, обещает заморить танзанийской жарой. Буддистским монахам решительно все равно, приеду я или не приеду. А слоны подождут, они протрубили.

world wait for me

My place

36164055994_23ffb09d1b_c

Говорят, твой город — это в котором прекратились попытки к бегству. Я еще не встречала такого, мне везде хочется двигаться дальше.
В Осло страшно не хватает атмосферы большого города. Так, чтобы затеряться в толпе, превратиться в уличного одиночку, помноженного на миллион, бороздящего тротуары мегаполиса в угаре тотальной анонимности.
Удивительным образом, большого города мне не хватало и в Лондоне, и в Нью-Йорке, и в Москве.
Может быть, этот большой город существует только в моей голове?..

My place

Summer 2017

33939171752_006d71f4ac_c

Читая мои посты, можно подумать, что я купаюсь (в просекко) в неге беспрерывно, и счастливее меня в Осло разве что Метте Марит.
Мало кто знает, что я еле пережила это лето, и хотя оно в данный момент агонизирует у меня на глазах, и за это его немного жаль, но радует надежда на улучшение условий моей жизни.
Три года прожив в Лондоне, я отвыкла от нашего норвежского климата, и забыла, что лето бывает не только теплым, но и коварным. Целый месяц меня долбила инсомния (кто в Осло и подвержен, тот знает), честно признаться, я только вчера впервые выспалась как следует, и меня весь день буквально сносило потоками счастья. Невыспавшись одну ночь, я неадекват, и надо ли говорить, что стабильно не высыпаясь в течение месяца, я превратилась в зомби, совершающего необъяснимые поступки, как покупка кота, например)
В довершение ко всему,в  прошлом году мы переехали в лофт, расположенный в старом здании в центре города, и летом в квартире солнце без границ, которое может и убить ненароком, лаская.
В доме нашем живет исключительно молодежь, а крышу оккупировали чайки.
Мало кого я люблю так сильно, как чаек и молодежь, но они все лето дают мне (..) возрадоваться.
Чайки начинают орать еще ночью, что там происходит, беспонятия, может, у них летом сезон размножения, а перед размножением необходимо договориться с партнером об условиях размножения..
Молодые еженедельно закатывают вечеринки, сопровождаемые музыкой и танцами. Дискотэку восьмидесятых, проходившую в нашем доме в начале лета, до сих пор не могу забыть, музыка (нааас связала) играла чуть не до утра, причем ритмы были нешуточно танцевальные. Похоже, после этой незабываемой ночи их прижучили, потому что потом долгое время было относительно спокойно.
И вот сегодняшняя ночка. Просыпаюсь в четыре утра от того, что чайки орут уже как гиены, я не знаю, что случилось, может, на их головы просыпался рыбный дождь из отборных сардин. Или кто-то не выполнил обещания, пылко данные перед таинством размножения.
У соседей полыхает вечеринка. Видно (то есть, слышно) что под утро уже все подустали, мелодии поспокойнее и приглушеннее, но все равно, состав не сдается, диджей жарит.
Выпила таблетку мелиссы, приказала себе заснуть, приказы не обсуждаются. Ну и ничо, с утра как (маринованный) огурец, а вечером у меня вечеринка ))))))

 

Summer 2017

Apartment in New Orleans

34268832596_b4946d5840

Все-таки, нет ничего лучше Америки. Это я сегодня отчетливо поняла в пять утра, стоя на террасе величиной с картофельное поле, под реющим в лучах восхода американским флагом. Я бы даже присягу приняла, будь моя воля, но вряд ли ее принимают у людей, стоящих босиком и с бокалом мальбека в руках.
Не знаю, поверите ли вы, что мы проживаем в громадной квартире, рассчитанной на четыре персоны по американским меркам, а по европейским здесь бы разместились не без комфорта все сорок.
Что они думали, мы будем делать с километровой террасой, мне интересно. Подружимся с половиной Нового Орлеана и пригласим их на пати? ..
Бассейна, кстати, не оказалось на террасе, я была несколько разочарована. Там места на пару дорожек, как минимум.

Про квартиру я тоже быстро все поняла.
Здесь должна была жить я с мужем и четырьмя детьми, я ясно видела эту картину.
Я стою босиком на просторной кухне, в длинном широком платье, и засовываю в духовку нашпигованную беконом индейку. Мой муж — высокий полный чернокожий то ли менеджер, то ли брокер, громогласно разговаривает по мобильному с шефом: «Да, Джефф. Котировки снизились, Джефф, дружище», то есть, несет эту или другую какую подобную пургу.
Дети — двое подростков тринадцати и четырнадцати лет, шумно насилуют экс-бокс, двое младших, кофейных сладких близнецов, смотрят не отрываясь мультики.
На террасе уже накрыты столы, скоро к нам придут гости, многочисленная родня мужа и его коллеги, мы будем праздновать День Благодарения, я хлопну бокал шампанского, зардеюсь и скажу: «Ох. Там, наверное, уже индейка подоспела, а я такая пьяная, как же я ее теперь понесу», и гости дружелюбно заржут.

Отвлеклась от своих видений и заметила своего настоящего мужа, пробегавшего мимо, подумала: «А это кто?.. Наверное, наш норвежский дядюшка, приехавший навестить американских родственников, привез оленью шкуру и бутылку акивита.»

Все это полная ерунда, конечно. Просто духи этой квартиры пытались в нас вселиться, но это им лишь частично удалось. Это точно они, это духи.
Иначе почему мы вдруг начали по южно-американски приплясывать, двигая бедрами, и на два голоса мелодично напевать: «On my way to Chattanooga», причем муж мой норвежский, несмотря на то, что не имеет ни слуха ни голоса, певец еще худший чем я, вел свою партию удивительно верно, глубоким и бархатным миссиссипским басом….

Apartment in New Orleans

Ole Bull

33973588540_934d0f61a3_z

Люди, конечно, великие населяли когда-то Норвегию.
Например, Уле Булл, национальный герой Норвегии, сделавший огромный вклад в культуру и процветание страны.
Что интересно, если отвлечься от блестящей биографии великого скрипача и основателя Национального Норвежского Театра, Уле Булл является ярким примером того, что жить можно в кайф. Даже несмотря на нелегкие испытания, выпадавшие иногда на его долю.
Все что делал музыкант, он делал для своего и своих друзей удовольствия.
Получив довольно скудное музыкальное образование в молодости, обломавшись на приемах у маститых европейских музыкантов, чуть не умерев от тяжелой болезни, Уле не терял врожденного оптимизма. Полученное образование — использовал по максимуму, после отказов у великих мэтров — не отчаялся, а на дочери выходившей его во время болезни сердобольной женщины — женился. Каждый раз восстанавливаться ездил к подножию норвежских гор, отвечавших безоговорочным принятием и молчаливой симпатией.
Зрелость дала Уле Буллу все, что можно, и еще сверху навалила.
Проводя основную часть времени за границей, каждое лето музыкант проводил в своем поместье в Норвегии, собирая вокруг себя музыкантов и композиторов того времени. Эдвард Григ часто посещал эти сборища, и как результат, стал композитором мировой славы.
Здесь получается как бы, что ученик превзошел своего учителя, Грига знают все, его домик в Бергене посещают дамы бальзаковского возраста с белыми платочками наготове, а Уле Булла — знают не все.
А дело в том, что именно процветанию искусства Норвегии и народным традиционным течениям посвятил себя меценат по имени Уле Булл. Все, что он хотел, желал не для себя лично.
Собирал музыкальные коллективы скрипачей Норвегии и разъезжал с ними по стране, играя и увеселяя народ.
Поэтому в Норвегии он — номер один, и прежде всего за успехи на ниве процветания норвежского народного творчества.
Уле, привет тебе.
на фото: шведский музыкант на улице в Новом Орлеане.
Ole Bull